{

Мой путь домой

25.09.2020
История репатрианта
Нарек Асликян: «Переезжает не тот, кто хочет строить карьеру, а тот, кто просто хочет жить в Армении»
Нарек Асликян: «Переезжает не тот, кто хочет строить карьеру, а тот, кто просто хочет жить в Армении»
 
Нарек Асликян – репатриант с престижным бэкграундом образования в Высшей Школе Экономики в Москве, успешными профессиональными кейсами за плечами и большими мечтами о развитии IT сектора в Армении. Недавно нам удалось поговорить с ним о развитии IT на родине. Итак, что такое сорсинг и рекрутинг? Какое будущее у репатриантов с IT специализацией? Можно ли измерить социальный эффект технологических разработок? На эти и многие другие вопросы Нарек ответил в интервью журналисту и уже как 5 месяцев новоприбывшей репатриантке Мариам Кочарян.
 
Нарек, расскажи читателям Repat Armenia, чем ты сейчас занимаешься и что такое рекрутинг для обывателя?
Мы по-прежнему помогаем технологическим компаниям и стартапам найти талантливых инженеров и других технических специалистов. Все это можно назвать сорсингом, рекрутментом. Важно отметить, что мы не центр занятости или трудоустройства. Мы не публикуем вакансии и не ждем откликов кандидатов, наоборот, мы их ищем. Наша команда – консультанты, которые сами находят подходящих профессионалов, выходят с ними на связь, предлагают позиции, думают над тем, насколько та или иная должность подходит потенциальным сотрудникам. Коммуникация длится до тех пор, пока отобранные кандидаты не будут представлены клиенту.
 
Кто ваша целевая аудитория. Проще говоря, на кого спрос?
Наша целевая аудитория – технические специалисты. Все, что связано с IT инфраструктурой, с разработкой технического обеспечения, с project/product management. Время от времени у нас появляются позиции, связанные с развитием бизнеса в IT, рекрутинговые и HR должности. Когда мы говорим про IT, нужно иметь ввиду, что мы подразумеваем не функцию, а отрасль. От разработчиков до техподдержки, маркетинга до правового поля. Все кандидаты из вышеперечисленных, как воздух нужны Армении.
 
Насколько взаимосвязаны репатриация и IT в Армении?
К большому сожалению, сейчас они почти никак не связаны. Во время пандемии мы полностью направили силы на развитие внутреннего рынка. На данный момент из-за коронавируса наша деятельность на 80% завязана с армянским маркетом, то есть мы находим армянских разработчиков для армянских компаний. Остальные 20% – проекты, связанные с релокацией. Чаще всего мы смотрим на рынок СНГ. По множеству причин: географическая и культурная близость, организационные и юридические мероприятия. Откровенно говоря, гражданина Евросоюза намного сложнее перевезти в Армению, чем, допустим, из России.
 
Тогда каким образом связаны репатриация армян профессионалов из диаспоры с вашей деятельностью?
На мой взгляд, пока что репатриация у нас устроена не по профессиональному признаку. Грубо говоря, переезжает не тот, кто хочет строить карьеру, а тот, кто просто хочет жить в Армении. Карьера, скорее, воспринимается как побочное следствие переезда. Если говорить конкретно про IT, то репатрианты из этой сферы смогут совместить приятное с полезным: жизнь в Армении и карьерный рост. 
 
Портрет современного репатрианта далек от сферы IT. Давай будем честны. И все же, как найти себя на родине?
Давай поговорим про геймченджеров. Каждый может что-то новое с собой привнести. Оттуда, откуда он и приехал. Я говорю, конечно, об опытных специалистах. Если это, допустим, успешный менеджер в банковской сфере, то ему всегда будут рады. Если говорить про передовые отрасли, то, конечно, это IT. Но я бы также назвал агросектор, маркетинговый и консалтинговый сферы в целом. В Армении консалтинг на достаточно низком уровне. Есть большая потребность в специалистах этого профиля. Безусловно, вопрос о запуске собственного бизнеса остается открытым. Здесь у подавляющего количества населения уже сложилось представление о том, что в Армении гораздо легче создать нечто свое, чем искать релевантные вакансии в компаниях, так как карьеры в глобальном смысле этого слова во множестве отраслей попросту нет. И этот стереотип имеет небезосновательную почву. 
 
Какой бы ты дал совет состоявшимся репатриантам и тем, кто только изредка задумывается над репатриацией?
Профессионалы не должны бояться привносить свое, из своего накопленного опыта. Даже если вы не строите свой бизнес, а устраиваетесь по найму, важно не просто адаптироваться под то, что уже есть, а добавлять новшества. В Армении большая нехватка культурного diversity (разнообразие – Прим. редактора). Это могло бы позитивно сказаться на развитии республики в целом. Важно быть послом той культуры, откуда ты прибыл.
А какой бы ты дал совет непрофессиональным репатриантам? Тем, кто по разным причинам, будь то политическим, экономическим или военным поменял место жительства? Вспомним недавнюю ситуацию с Ливаном. Допустим, что делать беженцам из Бейрута, которые при взрыве потеряли все, что заработали прежде?
Если мы говорим про ремесленников и в целом о тех, у кого есть рабочие скиллы, то я более чем уверен, что им легче будет найти работу в Армении, чем условному юристу. Армения остро нуждается в качественном сервисе в любом секторе: от клининговой компании до автосервиса. Добавлю, что есть большой спрос персонала HoReCa (гостинично-ресторанный бизнес – Прим. редактора). Например, репатриация беженцев из Сирии уже давно строится на базе кулинарного и подобных секторов. Что касается Ливана, то там уровень образования намного выше, чем в Сирии, если я не ошибаюсь. Профессионалы из Бейрута с легкостью могут составить конкуренцию внутренним. Более того, неделю назад даже мы, небольшая команда из 12 рекрутеров, наняли к себе рекрутера из Бейрута. И сейчас она уже с нами. 
 
В начале интервью ты сказал, что вы сами ищете кандидатов, но все же стоит ли вам направлять резюме?
Чаще всего мы сами доходим до нужного кандидата. Но мы всегда рады потенциальным репатриантам, которые видят себя в IT секторе. Важно просто запомнить, что мы не HR и даже не карьерные консультанты, но наша команда всегда готова прийти на помощь и найти возможность работы на родине в IT секторе.
 
Вы довольны результатами своей работы в Армении? Какое влияние на вашу деятельность оказала пандемия?
Честно говоря, мы думали, что лишимся половины клиентского портфеля. И были к этому готовы. Но от нас временно ушел всего лишь один клиент. Вместо него прибыло с десяток новых. С начала пандемии мы в неделю в среднем получаем 3 новых запроса, несмотря на то что мы готовы принять на борт не более 2 клиентов в месяц. Приходится отказывать из-за нехватки ресурсов, но чаще всего мы направляем их конкурентам. А последних у нас не так много. В Армении всего лишь 2 рекрутинговых агентства, специализирующихся на IT. Это катастрофически мало для рынка из 15 тысяч разработчиков из 700 с лишним компаний.
 
Какую конечную цель в работе ты преследуешь? Каков социальный эффект?
Внутренний рекрутмент для многих кажется бесполезной деятельностью в плане вклада в развитие страны. Но я приведу всего лишь два примера. Мы работаем с несколькими компаниями в Армении, которые во время пандемии очень сильно выросли, к примеру, Krisp, Sololearn, MentorcliQ. Их продукты стали более популярны сейчас, так как они полностью remote-friendly, то есть помогают людям работать и учиться удаленно. Но вот сейчас эти компании могут попасть в зону риска. Им нужен трамплин. Если они вовремя не найдут подходящих сотрудников, то, соответственно, не смогут развить свой продукт до международных масштабов и глобальной узнаваемости. У них есть потенциал встать в ряд с компаниями-единорогами, у которых больше миллиарда долларов капитализации, а не десятки миллионов, как это происходит сейчас. Также, важно подчеркнуть, что мы открываем офисы зарубежных компаний в Армении. Несмотря на то, что идет большая конкуренция за таланты внутри страны, а мы еще и вводим зарубежных игроков, я вижу в этом только плюсы. Это благая цель. Во-первых, эти компании привозят к нам деньги, платят налоги. Во-вторых, развивают конкуренцию. Чем больше разных компаний в Армении будет представлено, тем больше внутренние компании будут стремиться к росту и развитию. Помимо этого, мы занимаемся релокацией, то есть привлечением уникальных талантов в Армению. А именно, мы привозим тех специалистов, которых в Армении попросту нет либо их катастрофически мало.
 
Есть ли у вас образовательная программа внутри страны? Допустим, могут ли эскпаты заниматься обучением местных?
Это очень важное направление. Начинали с этого в 2016 году. Когда я только переехал, мы с партнером создали школу программирования – Armenian Code Academy. И занимались заполнением пропасти между образовательными учреждениями и работодателями. Проще говоря, обучали тем навыкам, которые действительно необходимы в работе. Мы начинали с сотни выпускников в год. Сейчас их больше тысячи. Это выпускники уровня junior в разных отраслях программирования. Те компании, которым нужен рост сейчас, не могут ждать по нескольку лет, чтобы молодые набрались опыта, поэтому мы с 2016 года также начали заниматься рекрутингом. Большинство студентов ACA – это недавние выпускники технических специальностей либо экономисты, и те, кто проходит переподготовку для нового старта карьеры. Говоря в общем, целевая аудитория – люди с хорошей математической базой, которые ищут себе применение в программировании. 
 
Какое количество экспатов вам удалось перевезти в Армению?
За последние пару лет порядка 10-15 человек. Большинство из них они не армяне. Мы не таргетируемся на этнической принадлежности специалистов. 
Подытожив все, что ты перечислил, на твой взгляд, не станет ли Армения, условно говоря, большим оффшорным государством для преследования целей международных компаний? Как это отразится на обычном жителе, далеком от IT?
Не понимаю риска. Безусловно, есть проблема доступа на IT рынок для большинства населения. Но есть простой выход из этой ситуации. Мы это видим на примере такси gg и сети доставки еды Menu.am. Эти технологические компании создали тысячи, если не десятки тысяч рабочих мест для простых водителей и курьеров, которые на самом деле зарабатывают неплохие деньги для людей без какой-либо квалификации. Это прямое влияние технологического процесса на социум. Но есть и косвенное влияние. Если в стране будет не 15 тысяч, как сейчас, а допустим, 50 тысяч разработчиков со средней зарплатой примерно 800 тысяч драмов, то это позитивно скажется даже на обычном продавце в продуктовом магазине, арендодателе, рестораторе и так далее. Вроде IT никак не связан с людьми, которые готовят гречку в столовой, но последние почувствуют эффект положительного влияния.
 
Какие бы ты перечислил топ-3 профессий в IT секторе, которые уже сейчас стоит осваивать для грамотного входа на рынок?
В первую очередь, я бы назвал все, что связано с большими данными, data science, с поиском закономерностей, машинным обучением, с прогнозами. Математики с углубленными знаниями могут запросто освоить язык программировании и начать карьеру с позиции junior. Второе направление – все, что связано с product management, то есть с управлением клиентскими требованиями. Главное в этой позиции – стать посредником между клиентом и командой разработчиков. Иначе говоря, надо уметь транслировать специалистам то, что нужно клиенту. На первый взгляд, это простая задача, но на самом деле она очень нетривиальная. Третье направление – software engineering в любом направлении. Технологии JavaScript, Java, .NET, все технологии для разработки мобильных приложений, как никогда актуальны. В этой области довольно просто найти себе применение. 
 
Мариам Кочарян

Подробнее

См. все
  • История репатрианта
    Моя задача — пиар нашей страны
    Моя задача — пиар нашей страны
  • История репатрианта
    Профессиональная репатриация: победы для Родины и для себя
    Профессиональная репатриация: победы для Родины и для себя
  • Armenian by Choice
    Адвокат Карл Ульбрихт, родившийся в Лондоне, возрождает армянские ремесла в Гарни
    Адвокат Карл Ульбрихт, родившийся в Лондоне, возрождает армянские ремесла в Гарни
  • Советы
    Летние программы для детей и молодежи в Армении в 2024
    Летние программы для детей и молодежи в Армении в 2024
Loader